?

Log in

Читать новые стихи

Оригинал взят у _raido в post
Опубликован ШОРТ-ЛИСТ ПРЕМИИ РУССКОГО ГУЛЛИВЕРА


Номинация «Поэтическая книга»

Надя Делаланд — «Сон на краю» (Москва, «Воймега», 2014)
Ольга Дернова — «Человец» (Екатеринбург, «Евдокия», 2013)
Илья Семененко-Басин — «Ручьевинами серебра» (Москва, «Время», 2012)
Сергей Соловьев — «В стороне» (Москва, «Новое литературное обозрение», 2010)
Андрей Черкасов — «Децентрализованное наблюдение» (Москва, «Книжное обозрение (АРГО-РИСК)», 2014)


Номинация «Поэтическая рукопись»

Денис Безносов
Александр Петрушкин
Мария Суворова
Гала Узрютова
Александра Цибуля
Дмитрий Чернышев

Дети

Господа хорошие, посоветуйте мне жж или сообщество, где толково, прикольно и задорно пишут о детях. Интересует нечто вроде "сделайте поделку из макарон, а потом съешьте ее". Мне нужна информация о развитии, может быть, психологии - но дозированно. Не хочу - картинок, вопросов про ГВ (неактуально) и про малышей.
А вот вам я и кукусик
dooXpVIYl7U

Метки:

Про Макаревича

Я не разбираюсь в политике и не хочу. Мне неинтересны отношения России с Зимбабве и прочее и прочее. Я считаю, что все эти кухонные беседы просто разговоры ни о чем. Как человек, работавший в госструктуре пресс-секретарем, я приблизительно понимаю, что такое имидж организации и какими медийными средствами он формируется. И я представляю, что есть какая-нибудь барышня, которая каждое утро заходит в кабинет к нашему президенту и говорит нечто вроде: «Ну что, что сегодня будут постить в одноклассниках?» "Какова наша медийная политика на ближайшую неделю?" А потом вечером он открывает Интернет (есть у него такая волшебная кнопочка, я верю) и ржет. Я понимаю, что 75% того, что я вижу в сети и в газете – утки, фейки и просто фантазии.

Я не понимаю одного – нападок на Макаревича. Ну высказался чувак. Ну не нравится вам то, что он сказал. Какого члена профсоюза закидывать его помидорами на его концерте или там выступления какие-то отменять? Он пришел петь. И если вы до этого тащились от его песен, а теперь принципиально не слушаете, то я что-то не поняла. Вот нравилась вам «Я пью до дна за тех, кто в море», а сейчас резко разонравилась? Не верю. В чем здесь принцип? Пусть котлеты будут отдельно, а мухи отдельно.

Собственно, причина постаCollapse )
У меня за окном – звезды как на ладони.
Что ты делаешь там, мой безвыходный, мой бездонный,
Мой бездомный, мой выдуманный так рьяно,
Исключенье мое – оловянный, деревянный, стеклянный.

Город голоден, болен, всесилен и многоголос.
Я ступаю по улицам осторожно.
Так уж в общем-то повелось,
В песнях пелось, водой лилось -
То, чего мне хочется, невозможно.

Это как в мелодрамах – но только сюжет не тот.
Не грохочет поезд, не плещется чай в стакане.
Я тебя узнавала – поверишь ли – на экране,
В том лохматом мальчишке, живущем наоборот.

Мон амур, мне не быть ни твоею тенью, ни снами,
Не взметать своими клешами
Твоих утренних пыльных дорог.
Не курить на твоем подоконнике длинный Vogue.

Как ты там, в звенящей ночной тишине.
Может, думаешь обо мне.
эта осень пахнет пустыми щами, бесконечной моросью пересудов,
все, что мы друг другу наобещали, я легко забуду.
как забуду сны позапрошлых весен, как забуду лето, в котором плыли,
одурев от запаха пальм и сосен в солнцепыли.

и найду себе новых увечных принцев, нанижу новых рифм словно гладких бусин,
город сдаст мне явки и лучшим сприцем отсалютуют кафе. любуйся!
мы, конечно же, оба найдем замены и легко посмеемся, когда припомним,
как друг в друга будто в сплошную стену бились лбом мы.

пахнет осень школой, столовским супом и на ощупь кажется липко-жирной...
мне на память останется сто поступков, две квитанции пассажирских,
сорок книг, семь тарелок, и-мейл сестрицы, нежная трепетность к бородатым,
стойкая ненависть к слову "принцип" и четыре доллара на расплату

по пустым счетам за твою сердечность и по чекам за страсть безымянным -тоже.
а еще останется целая вечность времени. мы друг без друга можем.
открывай тетрадку, пиши, диктую: эта осень свободы, любви и боли
нам откроет дороги - одну, другую (с алкоголем, без алкоголя...)
что стартует прямо отсюда в небо и запомнит город пустым и чистым...
............................................................

город, где ты и влюблен то не был,
что уж там мелочиться.

(с) Марта Яковлева

Метки:

Про образование

Пишет мне в контакте лицо афромериканской национальности юноша. А я тут, надо сказать, подрядилась писать для студентов рефераты-курсовые и прочие радости плоти. Ну и им хорошо, и мне на сумку новую из кожи молодого дермантина. Помоги мне, говори, задание по русскому сделать. Я, говорит, португалец, по-английски не разумею, по-русски совсем плохо, племя тумба-юмба собрало денег на мое обучение учусь в академии, вот задание. И высылает картинку. Если честно, я не думала, что меня можно еще чем-то удивить.
Кому интересноCollapse )
Долгими зимними ночами, когда мне не спится, гугл заводит меня в чудные дебри непознанного. Например, вчера я наткнулась на "кликушество". Одна из версий этого явления в средние века - болезни ли, придури ли метафизической - такова: женщинам, особенно молодым, тяжело приходится в новой семье мужа. Во-первых, наличествует свекровь - архетипичный враг, во-вторых, быстро появляется ребенок, с которым непонятно что делать, ну может и понятно, но не совсем, спросить не у кого, все смотрят на тебя, как на дурочку - ну неужели этого можно не знать, на все эти радости накладывается обязанность "смотреть" всю семью, как у рядового духа в казарме - то есть мыть-кормить-ухаживать. А время, напомним, темное, жежешечек и клубов монтессори, когда мама сплавила дитятю и тусуется в ближайшей кофейне, еще не придумали, с мужем тоже томной девичьей грустью не поделишься. Вот и развлекается барышня как может - воет неземным голосом, веревочки в волосы вяжет, кукушкой внезапно кричит, говорит странными словами. Я, к слову, тоже грешу стихами в духе Хлебникова и заплетанием косичек, но меня за это не ругают, снисходительно гладят по голове и покупают шоколадки и новые книжки.
МатчастьCollapse )
... Ранним утром, проснувшись в своей палатке, Снусмумрик почувствовал, что в Долину муми-троллей пришла осень.

Новое время года приходит внезапно, одним скачком! Вмиг все вокруг меняется, и тому, кому пора уезжать, нельзя терять ни минуты. Снусмумрик быстро вытащил из земли колышки палатки, погасил угли в костре, на ходу взгромоздил рюкзак себе на спину и, не дожидаясь пока проснутся другие и начнут расспрашивать, зашагал по дороге. На него снизошло удивительное спокойствие, как будто он стал деревом в тихую погоду, на котором не шевелится ни один листочек. На том месте, где стояла палатка, остался квадрат пожухлой травы. Его друзья проснутся поздним утром и скажут: «Он ушел – стало быть, наступила осень».

Снусмумрик шел легкой пружинистой походкой по густому лесу, и вдруг закапал дождь. Несколько дождинок упало на его зеленую шляпу и зеленый дождевик, к шепоту листвы присоединилось шлепанье капель. Но добрый лес, окружавший Снусмумрика сплошной стеной, не только хранил его прекрасное одиночество, но и защищал от дождя.

Вдоль моря, торжественно извиваясь, тянулись длинные горные хребты, вдаваясь в воду мысами и отступая перед заливами, глубоко врезающимися в сушу. У самого берега раскинулось множество долин, в одной из которых жила одинокая филифьонка. Снусмумрику доводилось встречать многих филифьонок, и он знал, что они – странный народец и что у них на все свои удивительные и необычные порядки. Но мимо дома этой филифьонки он проходил особенно тихо и осторожно.

Калитка была заперта. В саду, за острыми и прямыми колышками ограды, было совсем пусто – веревки для белья сняты. Никаких следов обычного симпатичного беспорядка, окружавшего дачу: ни грабель или ведра, ни забытой шляпы или кошачьего блюдечка, ни других обыденных вещей, которые говорят о том, что дом обитаем.

Филифьонка знала, что наступила осень, и заперлась в своем доме – он казался заколоченным и пустым. Она забралась в самую его глубь, укрылась за высокими, непроницаемыми стенами, за частоколом елей, прятавших окна ее дома от чужих глаз.

Медленный переход осени к зиме – вовсе не плохая пора. Это пора, когда нужно собрать, привести в порядок и сложить все свои запасы, которые ты накопил за лето. А как прекрасно собирать все, что есть у тебя, и складывать поближе к себе, собрать свое тепло и свои мысли, зарыться в глубокую норку – уверенное и надежное укрытие; защищать его как нечто важное, дорогое, твое собственное. А после пусть мороз, бури и мрак приходят, когда им вздумается. Они будут обшаривать стены, искать лазейку, но ничего у них не получится, все кругом заперто, а внутри, в тепле и одиночестве, сидит себе и смеется тот, кто загодя обо всем позаботился. Есть на свете те, кто остается, и те, кто собирается в путь. И так было всегда. Каждый волен выбирать, покуда есть время, но после, сделав выбор, нельзя от него отступаться.

Филифьонка вышла на задний двор и принялась выколачивать коврики. Она колотила их с ритмичной яростью, и каждому было ясно, что ей нравилась эта работа. Снусмумрик зажег трубку и пошел дальше. «Жители Муми-дола уже проснулись, – подумал он. – Папа заводит часы и постукивает по барометру. Мама разжигает огонь в плите. Муми-тролль выходит на веранду и видит, что палатки нет. Я забыл о прощальном письме, не успел его написать. Но ведь все мои письма одинаковы: “Я приду в апреле, будьте здоровы”. Или: “Я ухожу, вернусь весной, ждите…” Муми-тролль знает это».

И Снусмумрик тут же забыл про Муми-тролля. В сумерках он подошел к длинному морскому заливу, лежавшему между горами в вечной тени. На берегу, там, где стояла кучка тесно прижатых друг к другу домов, горело несколько ранних огоньков. Никому не хотелось гулять под дождем, все сидели дома. Здесь жили хемуль, мюмла и гафса, под каждой крышей жил тот, кто решил остаться, кто любит сидеть под крышей.

Снусмумрик прокрался задворками, держась в тени и не желая ни с кем разговаривать. Маленькие и большие дома сгрудились в стайку, некоторые из них стояли вплотную друг к другу, у них были общие водосточные желоба и мусорные бачки, они глядели друг другу в окна, вдыхая запахи кухонь. Дымовые трубы, высокие фронтоны и рычаги колодцев, а внизу – дорожки, протоптанные от двери к двери.

Снусмумрик шел быстрой неслышной походкой и думал про себя: «Ах вы, дома, я терпеть не могу всех вас».

Было уже почти темно. Прямо на берегу, под ольховыми кронами, стояла затянутая брезентом лодка хемуля. Чуть выше были сложены мачта, весла и руль. Они лежали здесь уже много лет и почернели, потрескались от времени, хотя никто ими не пользовался. Снусмумрик встряхнулся и прошел мимо.

Но маленький хомса, сидевший в лодке хемуля, услыхал его шаги и затаил дыхание. Шаги удалялись, вот стало снова тихо, лишь слышался шум капель, падавших на брезент.

Самый последний дом стоял поодаль и одиноко выделялся на фоне темно-зеленой стены ельника. Здесь начиналась настоящая глушь. Снусмумрик зашагал быстрее, прямо к лесу. Тут дверь последнего дома приоткрылась, и из щелочки донесся старческий голос:

– Куда ты идешь?

– Не знаю, – ответил Снусмумрик.

Дверь затворилась. Снусмумрик вошел в лес, а перед ним лежали тысячи километров тишины.

Туве Янсон. "В конце ноября"

Грустные хаттифнатыCollapse )
О любви.

Я любила Бродского еще до того, как это стало мейнстримом. Точнее, до наличия термина "мейнстрим" в широком употреблении. В курилке ко мне подлетел растрепанный Пашка и сказал: "Слушай, Хубиева, это же про тебя!" и прочел следующее:

Мадам, Вы простите бессвязность, пыл.
Ведь Вам-то известно, куда я плыл
и то, почему я, презрев компас,
курс проверял, так сказать, на глаз.

Я вижу бульвар, где полно собак.
Скамейка стоит, и цветет табак.
Я вижу фиалок пучок в петле
и Вас я вижу, мадам, в букле.

Печальный взор опуская вниз,
я вижу светлого джерси мыс,
две легкие шлюпки, их четкий рант,
на каждой, как маленький кливер, бант.

А выше — о, звуки небесных арф! —
подобный голландке, в полоску шарф
и волны, которых нельзя сомкнуть,
в которых бы я предпочел тонуть.

И брови, как крылья прелестных птиц,
над взором, которому нет границ
в мире огромном ни вспять, ни впредь, —
который Незримому дал Смотреть.

Мадам, если впрямь существует связь
меж сердцем и взглядом (лучась, дробясь
и преломляясь), заметить рад:
у Вас она лишена преград.

Мадам, это больше, чем свет небес.
Поскольку на полюсе можно без
звезд копошиться хоть сотню лет.
Поскольку жизнь — лишь вбирает свет.

... Потом, конечно, были и Пилигримы, и Большая элегия Джону Донну, и Представление, и стеб над "ни страны, ни погоста" и прочее и прочее. И конечно же, Часть речи - бездна для филологов. Моя курсовая по стилистике "Интертекст в лирике Бродского" была из раздела "такой темы нет, но про Пушкина я писать не буду, это мелко и пошло". Бродский был прерогативой элиты. Ну по крайней мере, за юностью лет нам было простительно таковыми себя считать. "Читай Бродского" было паролем в курилке. Им делились как сокровенным, как тайной - вот послушай, какая метафора! Я, конечно же, написала диплом про Иосифликсанычу. И конечно же, прочитав его спустя пару лет, поняла, что написала бред. Потому что "изучать философию следует после пятидесяти - cначала следует научиться делать приличный кофе". К слову сказать, приличный кофе я научилась делать только недавно. Мы качали стихи Бродского в его исполнении на дискеты. Какое уж там онлайн. Подборку этих стихов, привезенных Кедровым из Москвы - оттуда тогда везли все - фильмы, книги, музыку - я храню до сих пор.

Это все я к чему. Оставьте мне Бродского. Меня убивают ванильные паблики, то, что читать Иосифаликсаныча стало нормой. Мне кажется, что у меня отнимают меня.
1

Oct. 3rd, 2014

Зарисовки
***
… Два полубомжа-полуинтеллигента (эту категорию я так и не научилась различать) отчаянно спорят на пороге закрытого банка. Холодно и темно, почти девять вечера. Перед ними, как водится, какая-то зеленая бутыль, по виду красное полусладкое. «Расписанный порядок действий неотвратим и от этого неэстетичен» -говорит один. Второй резко сдергивает с себя шапку, поправляет волосы движением Алена Делона, говорит: «Ну ты, бля, еще Шопенгауэра вспомни!»
***
Трехлетняя дочь задумчиво изрекает: «Папа должен быть всегда дома, чтобы я имела возможность любить его».
***
Мальчик в электричке дергает уставшую полусонную маму: «Мама, мамулечка, а я всегда был? А когда меня не было, что было? Только космос?»
***
Два кавказца громко включат в машине во дворе что-то национальное в стиле орайдарайда, мужчина лет сорока в тельняшке, живущий этажом выше, громко цыкает и врубает на полную громкость Гребенщикова, тихо произнося (я-то слышу): «Надо же как-то их окультуривать…»
***
Ты пахнешь розами, духами и вином,
конечно, «божоле», а не «Арбатским»,
А я – дурак и пахну по-дурацки:
хандрой, пельменями и чаем со слоном.
когда мы встретились, я замер, обомлев,
При взгляде на тебя отвисла челюсть,
ведь я не дворянин, скорее, челядь,
А ты роскошнее всех в мире королев.
наверно, бог в тот день чего-то отмечал,
Иначе бы ни в жизни не позволил
Поэту улиц, с тягой к алкоголю,
влюбить в себя недостижимый идеал.
к утру Господь устал употреблять
(в раю бывает адское похмелье),
А мы уже справляли новоселье…
Он глянул вниз и выдохнул: «Ой, б…ь!»,
но поздно было что-то исправлять.
(с) Алексей Адамов

Метки:

- Слон? Настоящий слон?
- Слонее не бывает.
(с) Supernatural

В оригинале же авторы используют прием языковой игры словосочетания "the elephant in the room". Толковых сценариев in English нет, поэтому там примерно следующее: The scene where Dean sees Ganesh in elephant form is a literal play on the popular phrase "the elephant in the room", which is a metaphor for an obvious truth or problem that is being ignored or not being addressed. Gabriel later uses the phrase when he arrives at the meeting:
Baldur: Why are you here?
Gabriel: To talk about the elephant in the room. [Ganesh looks upset and begins to get out of his chair] Not you!

В общем-то, "слон в комнате" довольно сложно переводимая идиома, означающее нечто вроде "очевидная правда, которую игнорируют либо старательно пытаются не замечать". Это выражение так же относится к очевидной проблеме которую никто не хочет затрагивать. Просто представьте себе слона стоящего посреди комнаты, которого все время приходится обходить. Абсолютно все понимают что слон мешает, но никто ничего не говорит, делая вид что проблемы нет.

Oct. 2nd, 2014

Надпись на стене многоэтажки, буквально крик души: "Люба из 8б - это такой человек, у которого нет сочувствия и доброты к людям"

Oct. 2nd, 2014

Как омерзительны в России холода,
Темно и страшно, хочется напиться.
Вот выйдешь, например, пугать кота,
А он примерз к крыльцу и не боится.
(с) просторы интернета

Метки:

Россия в фотографиях


Фотографии-победители конкурса The Best Of Russia (Лучшие фотографии России) 2008-2011 г.



Еще 76 фотоCollapse )

Метки:

***

Обычная история болезни –
Фамилия врачебной закорючкой.
Ноябрь швыряет в город липким снегом,
На веках успевающим осесть.
Обычные литвиновские фильмы.
От грома вздрагивать под тонким одеялом.
Любить детей, овсянку, бесконечность,
Мороженое, письма дедморозу,
Друзей он-лайн и память смс.
Обычная история болезни.
Ангедония (неразб.)

Просто так

Восьмой месяц, пасьянсы, пазл на 1500 кусков, недовязанное бисерное дерево, сделанный дома ремонт – хотя домом сложно называть съемные квартиры – но я все же зову, смс-ки по ночам – все-таки хорошо иногда уезжать к маме, закрытые роддомы во всей округе, со всем этим надо что-то делать.

У меня странное осознанное отношение к материнству, может быть это пройдет, но опка мне представляется так: мамы (а впрочем и папы) – это защитники, а не воспитатели. Я не совсем представляю, как можно воспитать существо, которое еще не родившись кривится от классической музыки, усыпляется под сказки Фрая и песни Гребня и Цоя и реагирует на имя «Маруська», хотя мы вообще планировали, что она будет Настей. А вообще хотелось мальчика, мальчика Ярослава, с голубыми глазами. Так вот, как мне кажется, мы их все-таки не воспитываем, а оберегаем – ну там, пальцы в розетку, не ешь таблетки, они невкусные, не выпади с балкона (не выходи из комнаты, не совершай ошибку зачем тебе лето если ты куришь шипку – ой, это Йося) и прочее и прочее.

Поэтому нет стихов про беременность, все настолько естественно, что кажется, будто так и должно было быть всегда, это не «мы», как любят говорить будущие мамочки – это Я и Оно, два совершенно раздельных организма со своими характерами и запросами.

Окультурились – сходили на выставку Сальвадора Дали по библейским мотивам. Муш сказал, что это ну очень уж высокая культура, недоступная его великому логическому разуму и пошел курить. Мне вот в трех кляксах увиделась труба иерихона, хоть ты тресни.

Несказанно прекрасна Виктория Токарева. Может быть потому, что больше нечего читать.

Снятся лемуры. Желтые, с розово-серыми хвостами. Ужасно большие глаза.

Жарко.

Разговорчики в раю

ты любишь меня как маленькую. слабый чай
наливаешь в чашку с цветочком, подсовываешь конфету,
и целуешь в лоб, и в одиннадцать гасишь свет.
разобью твою чортову чашку. скажу, нечаянно.
и как ни споткнусь - все нежность,
и как ни заплачу - жалость.
а я не маленькая совсем, меня четырежды звали замуж,
и я ни разу ни за кого не вышла.
мое сердце трижды разбито и склеено трижды,
погляди у меня внутри, там давно все выжгло.
а ты любишь меня как маленькую, как лапочку,
и поэтому я все время хожу на цыпочках,
чтобы казаться выше, каланчой расти, греметь воскресною колокольней,
а ты любишь меня как маленькую, зачем это ты, мне больно...

ты любишь меня как большого, а я забыл кошелек и шарф,
мерз на автобусной остановке, смотрел в рюкзаке и в карманах шарил.
ты ходишь неслышно и коротко говоришь, чтобы не помешать;
а может быть, я хочу, чтобы мне мешали!
давай говорить, что на улице гадко и дождь пошел,
дурачиться, спорить по пустякам, ловить на шее щекотный шепот,
а то я думаю про большое, пью кофе такими вот чашками, как большой,
и вечером скорая помощь приедет ко мне, как к большому.
ты спрашиваешь: неужели я тебе не надоела? -
как будто я занят очень серьезным делом.
нет бы сказать: ошибись где хочешь, я потерплю.
но ты любишь меня как большого. я тоже тебя люблю.

ты любишь меня как попало, как кто угодно,
как пить апельсиновый сок, как фотографировать крыши,
ты любишь меня, говоришь, что со мной свободно -
тебе с кем угодно свободно, никто не лишний,
ты любишь тонких и толстых, существующих и бумажных,
а мне бы взять и пропасть - поглядеть, как тебе станет страшно,
как станет неловко и холодно, тихо и опустело...
я так боюсь, что не станет, в этом-то все и дело...

наизнанку вывернули же, черти, как мне теперь рассказывать,
что больше всего на свете
я хочу сто сорок четыре тысячи глаз.
чтобы как только закончится земная зимняя маета,
в каждом зрачке унести по лицу - растерянному, живому,
с веснушками на носу и с морщинками возле рта,
с проседью на висках, глядящих в темные водоемы
пьющих взахлеб шоколадный август, бессонных на бледной заре,
и еще я хочу диктофон с нескончаемой пленкой и батарейкой.
выговаривать их бесконечно, не путаясь, не фальшивя,
целую темную вечность, пока иду
туда, где потом соберутся все маленькие и большие,
в городе занебесном,
в следующем году.

(с)Raido

***

Любить с листа и с нотной простыни,
Оттягивать мгновения рассвета,
Готовиться и снова не сдавать
Экзамен под названием «терпенье».

Трамвай звенит, сбежит в полночный парк,
Останется билетиком в кармане
Я загадала счастье и тебя
Что в принципе сейчас одно и то же.

Со всех сторон торопится зима,
Картавят неразборчиво вороны
Я выкраду тебя у посторонних
И звонко и неловко обниму.
Дорогие мои дорогие, если кто-нибудь знает, где взять Галу Рубинштейн в электронке, дайте адресок, потому что захотелось почитать, а взять негде.

А еще история:

Когда-то, несколько годков назад, на предмете «аналитическое чтение» был у нас рассказ Моэма «Мэйбл». Рассказ вообще сам по себе был замечателен, я помню, что тогда им очень восторгалась, но сохранить не смогла, потому как после окончания альма мать ее у нас была традиция сжигать всю лабуду типа методичек и разработок, прыгать через этот костер, при этом громко кричать матом на латыни. Кстати, я удивлена, как это мы тогда случайно не вызвали дьявола. Так вот, Мэйбл была та еще бабища. Муженек ее уплыл в загранкомандировку, военный он кажется был и почему-то – вот про это я за давностью лет подзабыла – очень не хотел ее видеть и возвращаться домой. А она, находчивая такая барышня, находила его и в диких степях Забайкалья, и в Сингапуре и вообще везде, даже в горах Тибета. Там, в Тибете этом они и встретились, обнялись и жили долго и счастливо. Нет, вы просто не представляете, какая это женщина, и какие крутые письма она ему писала!

Ежели вдруг у кого есть в электронке или знаете, где взять, напишите. А если у кого-то есть полное собрание сочинений Моэма, отсканируйте! А я вам за это что-нибудь огого! Я придумаю, чесслово ))))

Метки:

Антон, ты всегда говорил, что это универсальные слова, помогающие выйти практически из любой ситуации (не те, что ниже, те, что в названии поста). Так вот.


Я ИМЕЮ ПРАВО:

1 Иногда ставить себя на первое место.
2 Просить о помощи и эмоциональной поддержке.
3 Протестовать против несправедливого обращения или критики.
4 Иметь свое собственное мнение или убеждения.
5 Совершать ошибки, пока не найду правильный путь.
6 Предоставлять людям право самим решать свои проблемы.
7 Говорить: «Спасибо, НЕТ», «Извините, НЕТ».
8 Не обращать внимания на советы окружающих и следовать своим собственным.
9 Побыть одной, даже если другим хочется моего общества.
10 Иметь свои собственные, какие угодно чувства, независимо от того, понимают ли их окружающие.
11 Менять свои решения или изменять образ действий.
12 Добиваться перемены договоренности, которая меня не устраивает.

Я НИКОГДА НЕ ОБЯЗАНА:

1 Быть безупречной на 100% .
2 Следовать за всеми.
3 Делать приятное неприятным мне людям.
4 Любить людей, приносящих мне вред.
5 Извиняться за то, что я была самой собой.
6 Выбиваться из сил ради других.
7 Чувствовать себя виноватой за свои желания.
8 Мириться с неприятной мне ситуацией.
9 Жертвовать своим внутренним миром ради кого бы то ни было.
10 Сохранять отношения, ставшие оскорбительными.
11 Делать больше, чем мне позволяет время.
12 Делать что-то, что я на самом деле не могу сделать.
13 Выполнять неразумные требования.
14 Отдавать что-то, что мне на самом деле отдавать не хочется.
15 Нести на себе тяжесть чьего-то неправильного поведения.
16 Отказываться от своего «Я» ради чего бы то ни было и кого бы то ни было.
Дорогие мои, хочется поговорить. Это я не о соционике снова, хотя могла бы.
Вы делаете кому-то вселенское большое добро, ну там, дарите подарки, выручаете, когда нужно, переживаете и все прочее и все прочее. Потом в один прекрасный момент жисть вам разбрасывает, и выясняется, что человек вам ДОЛЖЕН. Ну то есть вы так думаете. Или не думаете, кто как. То есть, это я о чем. Делая добро, как мне кажется, мы делаем его по большей части себе, то есть дарим себе возможность быть добрым, щедрым, справедливым. Но все-таки подсознательно ждем отдачи, вроде как «я тебе дам поиграть своего мишку, а ты меня потом через двадцать лет устроишь на работу». Но так мы все равно удовлетворяем большей частью. Свои потребности, потому что человеку вообще может быть вашего мишку и не надо, он и своим танком неплохо играет или он и не думал себе, что он что-то за это должен. Да не должен он нифига, нечего ныть мирозданию в небесную жилетку. Не обязан никто нас любить, правда, Иосифликсаныч?

Я понимаю, что есть у человеков чувство солидарности, благодарности или как его там назвать. Но ежели он не хочет делать вам хорошо, то хоть вы ему памятник поставьте, не будет он этого делать. И не должен, я считаю. Что вообще за дурацкое понятие «должен»? Я должна только маме своей, государству 13 % и тем, кому я хочу быть должна.
И еще – «Никто на свете никому не должен, ведет лишь компас сердца и ума» (с)

Заранее предупреждаю - этики/логики в названии ни при чем, просто мне нравится эта фраза. Вот я опять оправдываюсь, хотя вообще не должна.

Еще раз про это

***
Наши мамы порой произносят такие замечательности, что за ними нужно записывать, что я и делаю. Для истории, так сказать. История первая, бытовой сюрреализм (привет Маше Ясны ). У нас имела место происходить эпопея с холодильником. Мущина предпочитает называть эпопею Марлезонским балетом, но он так называет всё, что не поддается его стройному логическому мироощущению. Холодильник не хотел работать совсем, что грустно, ибо на улице лето – ну ладно почти осень. Нашили другой, поставили, всё работает, выдохнули, закурили. Вечером звонит мама: «Ну как там ваш холодильник, работает? А он такой круглый? А на что он похож?» Мама, он похож на холодильник Минск, кто бы мог подумать. А вот как выглядит круглый холодильник, я не совсем представляю (загуглила, представила, оказывается, есть такое чудо техники). Но в СССР не было секса и круглых холодильников.
***
Мама вторая: «Вы что, не знаете, где у вас в доме восток? Купите компас!»
***
Вчера методом наглядности и ненаучного тыка узнала, что в бильярде шары, забитые не целенаправленно, так сказать, а случайно, называются дураками. Случайный дурак, как вам, а?
***

To personal_enemy

Когда я знаю, что ты сидишь где-то в наших глубоких КМВ и не отвечаешь или не звонишь, я думаю, что забыл телефон, что как всегда, что ладно… Но я с ужасом представляю, что я не смогу пить с тобой в ближайшее время, которое растянется на неизвестно когда.

Знаешь, я уже не напишу такой пронзительный пост, как в ту пятницу тринадцатое. Да и стихов у меня стало меньше. Но как бы то ни было, самые лучшие все равно те, что я писала тебе.

Мы всегда жили так, как будто мы играли кино – про отношения, про глянец, про панков, про пьянки по кабакам, про переодетых системных администраторов, про всякую белиберду, которую мог знать только ты. Тебя, веришь ли, давно пора было бы убить – столько ты знаешь про меня.

Знаешь, о чем жалею? Мы с тобой так давно не говорили, взявшись за руки, помнишь, как тогда, когда мы были смешными второкурсниками, кидались шариками. О том, что все наши фотографии перекошенные или дурные, хотя у меня есть одна потрясающая – где ты в очках Сашкиного папы – и я тебе ее не отдам. И ты так и не научился меня фотографировать.

Много чего не было за этот год. Было некогда, мы как-то стремительно росли, сдавали дипломы и полугодовые отчеты. Но я всегда точно знаю, что я могу тебе позвонить в час ночи и сказать, что я сижу пьяная в сосиску, смотрю «Дневник Бриджит Джонс» и пью. И ты чокнешься со мной Черным Лекарем.

Увидеться уже не получается. Позвоню вечером – покурим.
И вот тебе – на дорожку.

***
Случайно сливаю шедевр из кофейной гущи,
Снимаю пенку с кофе, воздушные кружева – с себя,
Хочешь стриптиз души?
Читай между строк.
Мальчик на улице чуть не ревет – дословно – «Обожаемая моя мамочка»,
Кот превращается в латентного китайца – мяучит Мао.
Первопричину своей тянучей тоски ищешь всегда в себе –
И не находишь.
Хочется написать тебе что-нибудь пронзительно-нежное,
Сердцевытаскивающее,
Чтобы как тогда, но -
Печатаешь первослово – и не отправляешь.
И даже недопитый утренний первокофе
Отдает такой противной горечью,
Что сразу же становится понятно –
Холодно, отключение горячей воды, алкоголь до отключки.
Осень. Ты уезжаешь – вот поэтому осень.
***

Диалоги о неживотных

После N-ого количества спиртного мой мущина на весь жд-вокзал рассказывает о своей огромной любви ко мне, периодически восклицая, что если я не выйду за него замуж, он застрелится. Пассажиры с интересом слушают и разве что не кричат «горько».
Хубиева, говорит, я тебя так люблю. Ты выйдешь за меня замуж?
Выйду, говорю, куда ж я денусь, я же люблю тебя, даже пьяного дурака.
Утром еще более лирический диалог.
Я, говорит, наверное, старею.
Да нет, ну что ты, говорю, все еще впереди.
Да понимаешь, говорит, раньше пьяного на б…ки тянуло, а теперь жениться…

Календарь

October 2014
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Подписки

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow