Обычная история болезни –
Фамилия врачебной закорючкой.
Ноябрь швыряет в город липким снегом,
На веках успевающим осесть.
Обычные литвиновские фильмы.
От грома вздрагивать под тонким одеялом.
Любить детей, овсянку, бесконечность,
Мороженое, письма дедморозу,
Друзей он-лайн и память смс.
Обычная история болезни.
Ангедония (неразб.)

Восьмой месяц, пасьянсы, пазл на 1500 кусков, недовязанное бисерное дерево, сделанный дома ремонт – хотя домом сложно называть съемные квартиры – но я все же зову, смс-ки по ночам – все-таки хорошо иногда уезжать к маме, закрытые роддомы во всей округе, со всем этим надо что-то делать.

У меня странное осознанное отношение к материнству, может быть это пройдет, но опка мне представляется так: мамы (а впрочем и папы) – это защитники, а не воспитатели. Я не совсем представляю, как можно воспитать существо, которое еще не родившись кривится от классической музыки, усыпляется под сказки Фрая и песни Гребня и Цоя и реагирует на имя «Маруська», хотя мы вообще планировали, что она будет Настей. А вообще хотелось мальчика, мальчика Ярослава, с голубыми глазами. Так вот, как мне кажется, мы их все-таки не воспитываем, а оберегаем – ну там, пальцы в розетку, не ешь таблетки, они невкусные, не выпади с балкона (не выходи из комнаты, не совершай ошибку зачем тебе лето если ты куришь шипку – ой, это Йося) и прочее и прочее.

Поэтому нет стихов про беременность, все настолько естественно, что кажется, будто так и должно было быть всегда, это не «мы», как любят говорить будущие мамочки – это Я и Оно, два совершенно раздельных организма со своими характерами и запросами.

Окультурились – сходили на выставку Сальвадора Дали по библейским мотивам. Муш сказал, что это ну очень уж высокая культура, недоступная его великому логическому разуму и пошел курить. Мне вот в трех кляксах увиделась труба иерихона, хоть ты тресни.

Несказанно прекрасна Виктория Токарева. Может быть потому, что больше нечего читать.

Снятся лемуры. Желтые, с розово-серыми хвостами. Ужасно большие глаза.

Жарко.

Что говорит, думает и делает ваш знак?

ты любишь меня как маленькую. слабый чай
наливаешь в чашку с цветочком, подсовываешь конфету,
и целуешь в лоб, и в одиннадцать гасишь свет.
разобью твою чортову чашку. скажу, нечаянно.
и как ни споткнусь - все нежность,
и как ни заплачу - жалость.
а я не маленькая совсем, меня четырежды звали замуж,
и я ни разу ни за кого не вышла.
мое сердце трижды разбито и склеено трижды,
погляди у меня внутри, там давно все выжгло.
а ты любишь меня как маленькую, как лапочку,
и поэтому я все время хожу на цыпочках,
чтобы казаться выше, каланчой расти, греметь воскресною колокольней,
а ты любишь меня как маленькую, зачем это ты, мне больно...

ты любишь меня как большого, а я забыл кошелек и шарф,
мерз на автобусной остановке, смотрел в рюкзаке и в карманах шарил.
ты ходишь неслышно и коротко говоришь, чтобы не помешать;
а может быть, я хочу, чтобы мне мешали!
давай говорить, что на улице гадко и дождь пошел,
дурачиться, спорить по пустякам, ловить на шее щекотный шепот,
а то я думаю про большое, пью кофе такими вот чашками, как большой,
и вечером скорая помощь приедет ко мне, как к большому.
ты спрашиваешь: неужели я тебе не надоела? -
как будто я занят очень серьезным делом.
нет бы сказать: ошибись где хочешь, я потерплю.
но ты любишь меня как большого. я тоже тебя люблю.

ты любишь меня как попало, как кто угодно,
как пить апельсиновый сок, как фотографировать крыши,
ты любишь меня, говоришь, что со мной свободно -
тебе с кем угодно свободно, никто не лишний,
ты любишь тонких и толстых, существующих и бумажных,
а мне бы взять и пропасть - поглядеть, как тебе станет страшно,
как станет неловко и холодно, тихо и опустело...
я так боюсь, что не станет, в этом-то все и дело...

наизнанку вывернули же, черти, как мне теперь рассказывать,
что больше всего на свете
я хочу сто сорок четыре тысячи глаз.
чтобы как только закончится земная зимняя маета,
в каждом зрачке унести по лицу - растерянному, живому,
с веснушками на носу и с морщинками возле рта,
с проседью на висках, глядящих в темные водоемы
пьющих взахлеб шоколадный август, бессонных на бледной заре,
и еще я хочу диктофон с нескончаемой пленкой и батарейкой.
выговаривать их бесконечно, не путаясь, не фальшивя,
целую темную вечность, пока иду
туда, где потом соберутся все маленькие и большие,
в городе занебесном,
в следующем году.

(с)Raido

Любить с листа и с нотной простыни,
Оттягивать мгновения рассвета,
Готовиться и снова не сдавать
Экзамен под названием «терпенье».

Трамвай звенит, сбежит в полночный парк,
Останется билетиком в кармане
Я загадала счастье и тебя
Что в принципе сейчас одно и то же.

Со всех сторон торопится зима,
Картавят неразборчиво вороны
Я выкраду тебя у посторонних
И звонко и неловко обниму.

Дорогие мои дорогие, если кто-нибудь знает, где взять Галу Рубинштейн в электронке, дайте адресок, потому что захотелось почитать, а взять негде.

А еще история:

Когда-то, несколько годков назад, на предмете «аналитическое чтение» был у нас рассказ Моэма «Мэйбл». Рассказ вообще сам по себе был замечателен, я помню, что тогда им очень восторгалась, но сохранить не смогла, потому как после окончания альма мать ее у нас была традиция сжигать всю лабуду типа методичек и разработок, прыгать через этот костер, при этом громко кричать матом на латыни. Кстати, я удивлена, как это мы тогда случайно не вызвали дьявола. Так вот, Мэйбл была та еще бабища. Муженек ее уплыл в загранкомандировку, военный он кажется был и почему-то – вот про это я за давностью лет подзабыла – очень не хотел ее видеть и возвращаться домой. А она, находчивая такая барышня, находила его и в диких степях Забайкалья, и в Сингапуре и вообще везде, даже в горах Тибета. Там, в Тибете этом они и встретились, обнялись и жили долго и счастливо. Нет, вы просто не представляете, какая это женщина, и какие крутые письма она ему писала!

Ежели вдруг у кого есть в электронке или знаете, где взять, напишите. А если у кого-то есть полное собрание сочинений Моэма, отсканируйте! А я вам за это что-нибудь огого! Я придумаю, чесслово ))))

Антон, ты всегда говорил, что это универсальные слова, помогающие выйти практически из любой ситуации (не те, что ниже, те, что в названии поста). Так вот.


Я ИМЕЮ ПРАВО:

1 Иногда ставить себя на первое место.
2 Просить о помощи и эмоциональной поддержке.
3 Протестовать против несправедливого обращения или критики.
4 Иметь свое собственное мнение или убеждения.
5 Совершать ошибки, пока не найду правильный путь.
6 Предоставлять людям право самим решать свои проблемы.
7 Говорить: «Спасибо, НЕТ», «Извините, НЕТ».
8 Не обращать внимания на советы окружающих и следовать своим собственным.
9 Побыть одной, даже если другим хочется моего общества.
10 Иметь свои собственные, какие угодно чувства, независимо от того, понимают ли их окружающие.
11 Менять свои решения или изменять образ действий.
12 Добиваться перемены договоренности, которая меня не устраивает.

Я НИКОГДА НЕ ОБЯЗАНА:

1 Быть безупречной на 100% .
2 Следовать за всеми.
3 Делать приятное неприятным мне людям.
4 Любить людей, приносящих мне вред.
5 Извиняться за то, что я была самой собой.
6 Выбиваться из сил ради других.
7 Чувствовать себя виноватой за свои желания.
8 Мириться с неприятной мне ситуацией.
9 Жертвовать своим внутренним миром ради кого бы то ни было.
10 Сохранять отношения, ставшие оскорбительными.
11 Делать больше, чем мне позволяет время.
12 Делать что-то, что я на самом деле не могу сделать.
13 Выполнять неразумные требования.
14 Отдавать что-то, что мне на самом деле отдавать не хочется.
15 Нести на себе тяжесть чьего-то неправильного поведения.
16 Отказываться от своего «Я» ради чего бы то ни было и кого бы то ни было.

Дорогие мои, хочется поговорить. Это я не о соционике снова, хотя могла бы.
Вы делаете кому-то вселенское большое добро, ну там, дарите подарки, выручаете, когда нужно, переживаете и все прочее и все прочее. Потом в один прекрасный момент жисть вам разбрасывает, и выясняется, что человек вам ДОЛЖЕН. Ну то есть вы так думаете. Или не думаете, кто как. То есть, это я о чем. Делая добро, как мне кажется, мы делаем его по большей части себе, то есть дарим себе возможность быть добрым, щедрым, справедливым. Но все-таки подсознательно ждем отдачи, вроде как «я тебе дам поиграть своего мишку, а ты меня потом через двадцать лет устроишь на работу». Но так мы все равно удовлетворяем большей частью. Свои потребности, потому что человеку вообще может быть вашего мишку и не надо, он и своим танком неплохо играет или он и не думал себе, что он что-то за это должен. Да не должен он нифига, нечего ныть мирозданию в небесную жилетку. Не обязан никто нас любить, правда, Иосифликсаныч?

Я понимаю, что есть у человеков чувство солидарности, благодарности или как его там назвать. Но ежели он не хочет делать вам хорошо, то хоть вы ему памятник поставьте, не будет он этого делать. И не должен, я считаю. Что вообще за дурацкое понятие «должен»? Я должна только маме своей, государству 13 % и тем, кому я хочу быть должна.
И еще – «Никто на свете никому не должен, ведет лишь компас сердца и ума» (с)

Заранее предупреждаю - этики/логики в названии ни при чем, просто мне нравится эта фраза. Вот я опять оправдываюсь, хотя вообще не должна.

***
Наши мамы порой произносят такие замечательности, что за ними нужно записывать, что я и делаю. Для истории, так сказать. История первая, бытовой сюрреализм (привет Маше Ясны ). У нас имела место происходить эпопея с холодильником. Мущина предпочитает называть эпопею Марлезонским балетом, но он так называет всё, что не поддается его стройному логическому мироощущению. Холодильник не хотел работать совсем, что грустно, ибо на улице лето – ну ладно почти осень. Нашили другой, поставили, всё работает, выдохнули, закурили. Вечером звонит мама: «Ну как там ваш холодильник, работает? А он такой круглый? А на что он похож?» Мама, он похож на холодильник Минск, кто бы мог подумать. А вот как выглядит круглый холодильник, я не совсем представляю (загуглила, представила, оказывается, есть такое чудо техники). Но в СССР не было секса и круглых холодильников.
***
Мама вторая: «Вы что, не знаете, где у вас в доме восток? Купите компас!»
***
Вчера методом наглядности и ненаучного тыка узнала, что в бильярде шары, забитые не целенаправленно, так сказать, а случайно, называются дураками. Случайный дурак, как вам, а?
***